Потенциальный риск для здоровья фталатных пластификаторов поливинилхлорида (современные аспекты)

  • Авторы: Г.М. Балан, Т.Ф. Харченко, В.Н. Левицкая, С.С. Исаева, О.А. Харченко, Н.Н. Бубало, Л.И. Повякель
  • УДК: 661.8:502.7:615.9
Скачать вложения:

Г.М. Балан, проф., Т.Ф. Харченко, к.мед.н., В.Н. Левицкая, к.биол.н. С.С. Ісаева, к.хим.н., О.А. Харченко, Н.Н. Бубало, Л.И. Повякель к.биол.н.

ГП "Научный токсикологический центр имени Л.И. Медведя МЗ Украины, г. Киев

РЕЗЮМЕ. В работе обобщены данные отечественных и зарубежных исследователей о потенциальном риске для здоровья фталатных пластификаторов поливинилхлорида.
Ключевые слова: поливинилхлорид, фталатные пластификаторы, токсическое действие, отдалённые последствия.

Поливинилхлорид (ПВХ) является одним из самых широко используемых полимерных материалов для производства различных строительных изделий и товаров народного потребления, в том числе изделий медицинского назначения. Для придания изделиям из ПВХ эластичности и гибкости при его производстве используются различные пластификаторы (сложные эфиры фталевой, себа-циновой, адепиновой кислот в количестве 5-50% от массы ПВХ), но наиболее часто используются фталатные пластификаторы (ФП) — производные ортофталевой кислоты, вещества с низким молекулярным весом, не образующие прочных ковалентных связей с молекулами ПВХ, но обеспечивающие его эластичность и гибкость. Отсутствие прочных связей с молекулами ПВХ обуславливает миграцию ФП из изделий в процессе их эксплуатации в воздух, воду и другие контактирующие среды [1,2,3,4,5]. Ежегодно в мире производится и используется в пластификации ПВХ более 10 миллионов тонн фталатовдиэфиров 1,2 — бензолдикарбоновой или изофталевой кислоты. Наиболее широко с этой целью используются ди-изононил фталаты (ДИНФ), ди-изо-децил фталаты (ДИДФ), ди-этилгексил фталаты (ДЭГФ) и ди-октилфталаты (ДОФ). Ди-этилгексил фталаты (ДЭГФ) являются производными эфиров о-фталевой кислоты, наиболее часто используются в производстве ПВХ и составляют более 50% на рынке ФП [1,2,16]. Столь широкое применение связано с их хорошими пластифицирующими свойствами, относительной простотой изготовления и стоимостью. Фталаты (Ф) с высоким молекулярным весом, например ДЕГФ, ДИНФ, ди-н-октил фталат (ДНОФ), в основном используются в производстве гибкого ПВХ, достигая в его составе 40 % [4,16]. Такой ПВХ используется в производстве товаров народного потребления, напольных и настенных покрытий, упаковок для пищевых продуктов (контейнеров, бутылей и т.д.), в производстве различных изделий медицинского назначения [1-4,16], а также при изготовлении шлангов для перелива и транспортировки молока, труб для хозяйственно-питьевого водопровода, детских игрушек из "мягкого" ПВХ и др. Низкомолекулярные Ф, например диэтилфталат (ДЭФ) и дибутилфталат (ДБФ) используются при изготовлении средств личной гигиены (духов, лосьонов и других косметических средств), в качестве растворителей и пластификаторов ацетата целлюлозы, в создании лаков и других покрытий, а также в качестве индикаторов сроков реализации ряда фармацевтических препаратов [16,17]. ПВХ-содержа-щий ДЭГФ обладает прочностью на разрыв от 10 до 25 МПа и свойством конечного удлинения от 200 до 450 %, что делает его наиболее подходящим для производства экономически эффективных гибких труб, листов и другой продукции, необходимой для многих приборов и изделий, нашедших широкое применение в медицине [16,17].

Начиная с 80-х годов стали появляться сообщения о миграции ФП в контактирующие среды и об их токсических эффектах [73-82]. Впервые R.J. Jaeger и R.J. Rubin [18] выявили миграцию ФП в полимерные контейнеры для хранения крови. Авторы провели детальные наблюдения за миграцией, локализацией и метаболизмом ФП, попадающих из полимерных контейнеров и трубок в кровь [19, 20]. Их выводы о побочных токсичных эффектах подтвердил ряд авторов в экспериментах in vivo с проведением гистологических исследований и in vitro [21-23], свидетельствующих об их потенциальном риске для здоровья [1,2,3,23], особенно для беременных женщин и детей [23-25, 83-86].

Особо негативное воздействие на здоровье человека и окружающую среду связывают с ДЭГФ, который чаще всего применяется при пластификации ПВХ и используется для производства изделий медицинского назначения [9,15,16,18], в частности для изготовления контейнеров для хранения донорской крови, зондов, трансфузионных систем, различных трубок, катетеров, плёнок, контейнеров для медикаментов, а также перчаток, ортодонти-ческих фиксаторов, венозных и артериальных канюль и др. [15,16]. Эти средства медицинского назначения используются как краткосрочно, так и более продолжительное время (проведения экстракорпоральной мембранной оксигенации, гемодиализа, гемосорбции, при длительном использовании катетеров, эндо-трахеальных, трахеостомных и дренажных трубок, назогастральных зондов для питания и т.д.) [16]. Из полимерных материалов фталаты разными путями попадают в организи человека и окружающую среду. Одни из них мигрируют из средств по уходу за пациентом, другие мигрируя из полимерных материалов для покрытий полов, стен, медицинского оборудования, кондиционеров, увлажнителей воздуха, вентиляторов, светильников, некоторых матрацев, а также из упаковочных контейнеров, бутылей, пузырьков и т.д. [9,15,16]. По несколько часов в день в течение многих лет используются перчатки, содержащие ДЭГФ. В течение нескольких месяцев, а нередко и лет у детей, как правило от 7 до 14 лет, используются ортодонтические фиксаторы для нормализации прикуса, содержащие ДЭГФ [16]. Авторы отмечают, что метилметакрилатные ортопедические фиксаторы содержат 6-8 % ФП. Кроме того, на сегодняшний день нет альтернативы для изготовления контейнеров для хранения крови и трубок для переливания крови. Только ПВХ, содержащий ДЭГФ, обеспечивает более высокий уровень проницаемости для кислорода, позволяет сохранять стабильное состояние форменных элементов крови [16-18].

Широкое использование фталатов в различных отраслях промышленности и в быту, особенно ДЭГФ, обусловливает их частое профессиональное и непрофессиональное воздействие на человека вследствие их миграции из ПВХ-содержащих материалов и изделий. Возможность миграции фталатов из ПВХ-матери-алов подтверждает их обнаружение в воздухе производственных и жилых помещений, в атмосферном воздухе, в воде, в пищевых продуктах, напитках, медикаментах и в других контактирующих средах, в том числе биосредах человека [1-3, 9, 16]. Более 20 лет обсуждаются данные о миграции ФП из ПВХ-содержащих изделий в процессе их старения в контактирующие среды, но их потенциальный риск для здоровья работающих и населения изучен недостаточно.

Особое внимание исследователей уделяется изучению процессов миграции ФП из изделий медицинского и бытового назначения [4-6,9].

Изучено попадание в организм фталатов из пищевых продуктов, консервированных в пластмассовых банках [7]. С использованием газовой хроматографии, масс-спектрометрии и высокопроизводительной жидкостной хроматографии исследовали пищевые продукты, продающиеся в Мексике. Выявлено высокое содержание диоктилфталата в продуктах (в перце халапеньо — 9,55 и 0,66 мкг/кг соотв.). В содержимом бутылочек для детского питания и контейнеров для СВЧ-обработки продуктов обнаружены диоктилфталат и дибутилфталат [7].

Исследовано содержание фталатов в 24 детских игрушках и предметах ухода за детьми, приобретённых на рынках Индии. Во всех товарах обнаружено несколько фталатов. ДЭГФ выявлен в 96 % товаров, ди-изо-децилфталат и ди-изо-нонилфталат — в 42 % (концентрации от 0,1 % до 16,2 %). В сравнении с твёрдыми игрушками наибольшие концентрации фтала-тов наблюдали в мягких игрушках [8]. В ряде стран использование ДЭГФ в полимерном сырье для игрушек запрещено [8,9,17].

Многие исследователи показали наличие фталатов в воздухе и домашней пыли жилых помещений [2,3,9,17]. Проведение сравнительной оценки воздействия на человека фта-латных эфиров из домашней пыли в Китае и в США путём исследования их концентраций и профилей в 75 пробах домашней пыли из Китая и 33 проб из США показало, что в Китае концентрации ди-этилфталата, ди-н-гексилфталата и бензилбутилфталата были в 5-10 раз выше, чем в США, а концентрация ди-изобу-тилфталата — в 5 раз ниже [26]. Установлено, что основным путём поступления в организм бис (2-этилгексил) фталата является пищевой (особенно в Китае), а ди-этилфталата — дер-мальный. Проведено также прогнозирование воздействия на жильцов фталатного пластификатора, освобождающегося из винилового напольного покрытия оценкой чувствительности, изменчивости и значения определения метаболитов в моче для биомониторинга [27].

С использованием данных о нахождении ди — (2-этилгексил) фталата, освобождающегося из напольных виниловых покрытий в жилых помещениях, в воздухе и бытовой пыли разработана вероятностная модель, характеризующая поступление фталатов в организм жильцов с вдыхаемым воздухом, путём всасывания кожей и попадания внутрь с пылью. Учтена возможность попадания в организм жильцов, наряду с ди-(2-этилгексил) фталатом также и бензилбутилфталата и дибутилфталата. Показано, что повышенный уровень метаболитов фталатов в моче коррелирует с частотой респираторной патологии среди жильцов, особенно среди детей. Предлагается использовать динамические определения метаболитов фталатов в моче для биомониторинга.

Ряд других исследователей также рекомендует изучать содержание фталатных метаболитов в моче для биомониторинга населения и работающих. Так, изучена распространённость фталатных метаболитов в моче у жителей нескольких стран Азии [10]. Исследовали содержание 14 фталатных метаболитов в моче жителей Китая, Индии, Японии, Кореи, Кувейта, Малайзии и Вьетнама. Метаболиты обнаружены во всех пробах мочи, что свидетельствует о широком распространении фталатов в этих странах. Самая высокая средняя суммарная концентрация фталатов обнаружена в Кувейте (1050 нг/мл). Затем в порядке убывания следовали Индия (389 нг/мл), Китай (234 нг/мл), Вьетнам (133 нг/мл). Среди метаболитов доминировали монометилфталат, моноэтилфталат, моно (2-изобутил) фталат, моно-н-бути-лфталат и ди-(2-этилгексил) фталат. В Кувейте содержание ди (2-этилгексил) фталата превышало максимально допустимый уровень, рекомендованный Агентством защиты окружающей среды США в 60 % случаев. Изучение уровня фталатных метаболитов в моче 183 городских жителей Китая показало, что их концентрации варьировали от 18,6 до 3160 нг / мл и составляли в среднем 331 нг / мл [70]. Основными фталатными метаболитами, обнаруженными в моче, были моно-н-бутилфталат и мо-но-2-изобутилфталат (сложные моноэфиры). Установлено, что среднесуточное потребление дибутилфталата, диэтилфталата и ди-(2-этил-гексил) фталата составило соответственно 12,2; 3,8 и 5 мкг / кг веса тела. Максимально допустимое среднесуточное употребление дибутилфталата, рекомендованное Европейским управлением безопасности питания (10 мкг / кг), было превышено в 39 % случаев.

Проведён биологический мониторинг воздействия дисульфида углерода (CS2) и фтала-тов в современной резиновой промышленности [11]. По результатам обследования 101 работника резиновой промышленности сделали вывод, что определение в пробах мочи 2-гиа-зомедин-4-карбоновой и фталевой кислот может быть использовано для биомониторинга профессионального воздействия CS2 и Ф. На основании анализа метаболитов Ф в моче показано, что ежедневное попадание диметилф-талата, диэтилфталата и ди-н-бутилфталата в организм человека с продуктами питания и с вдыхаемым воздухом обусловливает ~ 50 % их общего воздействия на организм [12]. Установлено, что фармакотерапия тоже может быть источником воздействия Ф на людей [43]. Описан случай обнаружения Ф в моче больного через 3 мес. от начала приёма таблеток меза-ламина для лечения язвенного колита, содержащих в составе энтерального покрытия дибу-тилфталат. Обнаружено, что содержание в моче метаболита метадибутилфталата составляло 6,18 мкг / г креатинина, что на 2 порядка превышало допустимую величину.

Изучена связь между основанной на биомаркерах оценкой воздействия Ф и демографическими факторами в референтной популяции людей [15]. В рамках Национальной программы по оценке здоровья и питания изучали экскрецию с мочой 7 моноэфиров Ф, отражающих нагрузку диэфирами у 289 человек обоего пола в возрасте в среднем 37,4 года и сопоставили её с демографическими показателями. Обнаружено, что у людей с высшим образованием нагрузка ди-н-бутилфталатом была более значительной, чем у людей с менее высоким уровнем образования. Наиболее высокий уровень нагрузки н-бутилбензилфталатом был у людей с ежемесячным семейным доходом менее 1500 долларов США. У этих людей, а также у городских жителей обнаружена повышенная нагрузка Ф, особенно ди-(2-этилгексил) фта-латом или октилфталатом.

Ряд исследований показали, что фталаты обнаруживаются не только в биосредах человека, но и в объектах окружающей среды, причём их уровни в речной и морской воде значительно варьируют [13,14]. При анализе образцов речной и морской воды с помощью газовой хроматографии обнаружено, что содержание диметил,- диэтил,- дибутил- и диэтилгек-силфталатов в исследованных пробах значительно варьировало и составило 0,032306 мкг/л [14]. Проведено определение фта-латных эфиров в воде, поверхностных отложениях и у рыб в бассейне рек в Нигерии методом пламенноионизационной газовой хроматографии [44]. Содержание диэтилфталата, дибутилфталата и диэтилгексилфталата у рыб из рода Tilapia составляло 320-810, 380-1080 и 40-150 мкг / кг; у рыб из рода Chrysichthus — 310-860, 400-1170 и 40-110 мкг / кг — соответственно. Обнаружено также присутствие ди-метилфталата в донных отложениях рек. Большинство исследователей приходят к выводу, что как на человека, так и на объекты окружающей среды (воздух, воду и почву) всегда действует несколько источников экспозиции ФП [9,14-16], оказывающих неблагоприятное влияние на здоровье населения, особенно беременных женщин и детей, так как ФП загрязняют воздух жилых и производственных помещений, воду, пищевые продукты, а нередко медикаменты и контактирующие с ПВХ-изде-лиями биосреды человека.

При изучении токсичности Ф на животных выявлено, что некоторые Ф индуцировали пороки развития органов репродуктивной системы, которые характеризовались пороками развития яичек, повышением частоты гипоспа-дии, крипторхизма, снижением аногениталь-ного расстояния, атрофией семенных канальцев, уменьшением числа стволовых спермато-гониальных клеток, ответственных за сперматогенез, гиперплазией клеток Лейдига [28,29,30,31,32,33]. Пороки развития наблюдались у крыс при дозированном воздействии ДЭГФ, ДИНФ, ДНОФ во время беременности или кормления грудью, что связывается с ан-тиандрогенным эффектом Ф. Реже эти эффекты наблюдались при воздействии на крыс диэ-тилфталата (ДЭФ) и диметилфталата (ДМФ).

Показано, что Ф влияют на репродуктивную функцию и половое поведение самцов крыс Wistar [40]. Ди (2-этилгексил) фталат оценивался в дозах 20, 100 и 500 мг / кг. Установлено. Что данный Ф в дозе 500 мг/кг уменьшает абсолютную и относительную массу вентральной доли предстательной железы и семенных пузырьков, нарушает ежедневную продукцию спермы и количество сперматозоидов в эпиди-димисе. Большинство данных эффектов проявлялись как в пубертатном, так и во взрослом состоянии. Проведение оценки релевантности определения ингибированная Ф стероидоге-неза для характеристики реакций in vitro в опытах на культуре семенников крыс МА-10 показало, что моноэтилгексилфталат в концентрации 1мкМ ингибирует продукцию клетками семенников тестостерона, стимулированную лютеонизирующим гормоном [41]. С использованием полимеразной цепной реакции в варианте обратной транскрипции обнаружено, что воздействие Ф сопровождалось снижением экспрессии генов, детерминирующих транспорт холестерина, а также синтез и метаболизм стероидов. Монобутилфталат и мо-но-н-октилфталат оказывали на стероидогенез воздействие, аналогичное моноэтилгексилф-талату. Монометилфталат, моноэтилфталат и монобензилфталат практически не оказывали на стероидогенез ингибиторного воздействия. При введении крысам с 12-го по 19-й дни беременности Ф в дозе 500 мг / кг ежедневно показано, что в семенниках эмбрионов мономети-лфталат и моноэтилфталат накапливались в 2-40 раз более интенсивно, чем активно влияющие на стероидогенез in vitro монобутилфта-лат и моноэтилгексилфталат. Считают, что обнаруженные различия в ингибиторном влиянии Ф на стероидогенез не обусловлены только эффектом их накопления в семенниках, а обусловлены и индивидуальными особенностями.

Выявлены дозозависимые токсические эффекты Ф в отношении размножения клеток извитых семенных канальцев и мужских зародышевых клеток в семенниках у плодов крыс после воздействия ди-(п-бутил) фталата [69]. Введение содержащегося в ряде косметических средств данного Ф беременным крысам в дозе не менее 50 мг / кг / дн обратимо угнетает размножение соматических клеток в семенниках у их плодов. Такое угнетение, а не усиленный апоптоз, служит механизмом нарушений развития плода. Авторы считают, что воздействие ди (п-бутил) фталата существенно для дисгенеза семенников. Обнаружено синерги-ческое нарушение развития половых органов при воздействии смеси четырёх антиандроге-нов, в том числе Ф. [42]. При воздействии обладающих свойствами антиандрогенов пластификатора ди (2-этилгексилфталата), фунгицидов винклозолина и прохлораза, а также фармакологического агента финастерида выявлен их синергизм в нарушении внешних половых признаков у развивающихся крыс. Отмечено уменьшение аногенитального расстояния, сокращение числа сосков и массы половых органов. При комбинированном воздействии этих агентов в дозах, не влияющих на развитие сосков, отмечено сокращение аноге-нитального расстояния.

Показана возможность использования культуры эмбриона крысы после имплантации для оценки потенциала эмбриотоксичности в пределах химической группы и для идентификации токсичных метаболитов [45]. В опытах на культуре эмбриона крысы проведена оценка эмбриотоксичности серии Ф и их метаболитов. Показано, что токсичность ряда монофта-латов in vitro совпадала с токсичностью соответствующих им дифталатов in vivo. Токсичность метаболитов моноэтилгексилфталата in vivo по сравнению с ним была снижена. Полученные данные подтверждают представления о том, что эмбриотоксичность моноэтилгекси-лфталата in vitro коррелирует с эмбриотоксичностью диэтилгексилфталата in vivo. В эксперименте на личинках морской креветки показано, что эмбриотоксичность фталатного эфира связана с бутирилхолинэстеразой и данный фермент является мишенью его эмбриоток-сичности [46], хотя данный факт пока не подтверждён другими исследователями.

В ряде исследований доказано токсическое влияние Ф на репродуктивную систему и человека. Оценка воздействия Ф у беременных женщин при повторных анализах воздуха и мочи при обследовании 246 женщин на протяжении 3-го триместра беременности выявила присутствие в 100 % случаев метаболитов фта-латов — моноэтилфталата, моно-н-бутилфталата, монобензилфталата, моноизобутилфта-лата и монодиэтилфталата [47]. Присутствие в моче моно-2-этилгексилфталата и моно-3-карбоксипропилфталата обнаружено в 85 % и в 89 % случаев соотв. В наибольшем количестве в моче присутствовал моноэтилфталат, концентрация которого в среднем составила ~ 150 нг/мл. Присутствие в моче новорожденных моно-2-этилгексил, монобензилфталата и мо-но-2-этил-5-карбоксипентилфталата выявлено в 42, 894, 100 % случаев, выявлена корреляция между содержанием бутилбензилфталата, диизобутилфталата и диэтилфталата в моче и в воздухе жилых помещений. [47].

Проведение оценки воздействия Ф у беременных женщин показало, что метаболиты Ф определяются у женщин в каждом из триместров беременности [48]. Все 9 метаболитов обнаружили в 40 % анализов, моно-н-бутилфта-лата моно (2-этил — 5- карбоксипентил) фта-лат , моноэтилфталат и диэтилфталат — в 90 случаев. Авторы обнаружили взаимосвязь между уровнем Ф в моче с нарушением течения беременности и с преждевременными родами. Выдвинута гипотеза, что Ф играют роль в стимулировании внутриутробного воспалительного процесса и являются фактором риска преждевременных родов.

При анализе проб мочи 33 лактирующих женщин в северной Каролине методом ВЭЖХ/ тандемной спектрометрии через 2-7 нед. после родов показано, что суммарное содержание метаболитов Ф составляло ~ 900 мкг/л, а через 3-4 мес. снижалось до 100 мкг/л в среднем [49]. При анализе сыворотки в наибольшем количестве обнаружен моно (2-этил-5-кароксипентил)фталат, концентрация которого через 2-7 нед. и 3-4 мес. составляла 2 и 2,3 мкг/л в среднем соотв. Через 2-7 нед. после родов в слюне выявлено присутствие моно (2-карбоксипропил ) фталата в концентрации 2,2 и 2,3 мкг/л соотв. Концентрация окислительных метаболитов Ф в молоке оказалась незначительной и не превышала 0,4 мкг/л. Содержание в сыворотке глюкозы и триглицеридов натощак было наиболее высоким у женщин с повышенным содержанием метаболитов Ф в моче и сыворотке. Содержание в моче метаболитов Ф у лактирующих женщин отражало контакт с ними и не коррелировало с их концентрацией в сыворотке, слюне и молоке [49]. Выявлено перинатальное воздействие Ф у женщин Нью-Йорка и Кракова [50]. У беременных женщин измеряли содержание Ф во вдыхаемом воздухе и содержание их метаболитов в моче. Установлено, что концентрации Ф в воздухе и моче достоверно коррелировали, что свидетельствует о существенном воздействии Ф на беременных [50].

Изучение воздействия Ф на беременных женщин и детей в Центральном Тайване показало, что содержание метаболитов Ф в моче коррелирует с частотой патологии беременности, родов и врождённых уродств у новорожденных [51]. На повышение частоты пороков развития у новорожденных влияет и профессиональный контакт беременных женщин с Ф, особенно в первом триместре беременности [9,17,52]. По результатам крупномасштабного опроса сделан вывод, что риск рождения ребёнка с гипоспадией повышен у женщин, подвергавшихся профессиональному воздействию Ф, а также пользовавшихся лаком для волос [52]. Установлено защитное действие употребления фталатных добавок в начале беременности. Вегетарианство не оказывалось связанным с риском гипоспадии. Показано, что воздействие Ф и повышенный уровень их метаболитов в моче влияют на снижение массы тела детей [9,53]. Другие авторы также подтверждают, что родительское профессиональное воздействие Ф повышает риск гипоспадии у детей [71]. В исследовании "случай-контроль" (1202 наблюдения гипоспадии) показано, что риск рождения ребёнка с гипос-падией повышен у женщин, профессионально контактирующих с Ф. Авторы относят Ф к эндокриноразрушающим химическим веществам с эстрогенными и антиандрогенными свойствами. Проведено пилотное исследование мочевых биомаркеров фитоэстрогенов и Ф у 90 девочек 6-8 лет [53]. В каждой из групп соединений самая высокая средняя концентрация зафиксирована у энтеролактона (298 мгк / л) и моноэтилфталата (83,2 мкг/л). Содержание мо-ноэтилфталата было выше у девочек с индексом массы тела < 85, чем у остальных [53].

В эксперименте in vitro подтверждено, что Ф является классическим активатором эстрогенов, а их мишенью при этом является Х-ре-цептор прегнана человека (hPXR) [54,56]. При изучении влияния ~ 50 эстрогенов и антиэстрогенов на Х-рецептор прегнана человека (hPXR), стабильно экспресированный в клетках НGPXR, показано, что среди классических активаторов эстрогенов наиболее эффективно активировал hPXR бис (2-этилгексил) фталат, величина ЕС50 которого составляла 2,5 мкМ [54]. Доказано влияние фталатсодержащих пластификаторов на функции рецепторов эстрогенов и тиреоидного гормона [56]. В опытах на культуре клеток гипофиза крыс GH3 показано, что фталатсодержащие пластификаторы тормозят стимулированную тироксином пролиферацию. Добавление бутилбензилфталата или дибутилфталата к клеткам вызывало активацию рецепторов эстрогенов, а ди (2-этилгек-сил) фталат антагонизировал с активирующим воздействием 17р-эстрадиола, при этом повышались как активность рецепторов эстрогенов, так и содержание 17р-эстрадиола в крови. Не исключено, что активация эстрогенов фталатными пластификаторами при их длительном воздействии на человека может способствовать нарушению гормонального профиля у женщин, а также поведенческие реакции у мужчин и оказывать потенциальный канцерогенный риск. При обследовании 295 человек выявлена взаимосвязь между уровнем метаболитов Ф в моче и уровнем в сыворотке крови ряда гормонов: фолликулостимулирующего (ФСГ), лютеинизирующего (ЛГ), тестостерона и ингибина В [67]. Более выраженная положительная корреляционная связь была между уровнем в моче монобутилфосфата и ингибином В в сыворотке крови и отрицательная связь — между уровнем моноэтилгексилфталата в моче и уровнем тестостерона в сыворотке крови. Авторам удалось также выявить определённую взаимосвязь между уровнем метаболитов Ф в моче и показателями качества спермы у 168 обследованных мужчин [68]. Выявлена взаимосвязь между уровнями в моче монобутилфталата и моноэтилгексилфталата с концентрацией и подвижностью сперматозоидов, но не выявлено взаимосвязи между уровнями Ф в моче и степенью повреждения ДНК сперматозоидов. Другие авторы выявили дозозависимое профессиональное воздействие Ф (монобутилфталата и моно-бензилфталата) на качество спермы у мужчин [37], характеризующееся снижением концентрации сперматозоидов, уменьшением их подвижности, а также наличием повреждений ДНК сперматозоидов и снижением уровня репродуктивных гормонов в крови. Проведение исследования суммарного содержания диэфиров фталатов в семенной жидкости у 53 мужчин (у 21 бесплодного мужчины) с низким качеством спермы и у 32 мужчин с нормальными показателями спермы показало [38], что концентрация Ф в семенной жидкости не коррелировала с объёмом эякулята, концентрацией сперматозоидов и их подвижностью, но зато выявлена положительная корреляция с процентом одноцепочной ДНК в сперматозоидах.

В Швеции проведено ретроспективное исследование взаимосвязи беременности у 397 женщин, мужья которых имели профессиональный контакт с ДЭГФ [39]. В результате исследований не было выявлено взаимосвязи между уровнем профессионального воздействия ДЭГФ у мужчин и течением беременности у их жён. Не было и убедительных доказательств влияния Ф на развитие рака яичек, однако отдельные авторы отмечают повышенную частоту развития данной патологии у мужчин с повышенным уровнем метаболитов Ф в моче [57,58]. Мы считаем, для подтверждения данного факта нужен более жёсткий контроль за экспозицией Ф и динамический мониторинг метаболитов Ф в моче. Исследования последних лет показали, что Ф не только влияют на течение беременности у женщин и частоту нарушений репродуктивной системы у потомства, но и повышают риск развития рака молочной железы. Проведено эпидемиологическое исследование большой группы женщин. Метаболиты Ф обнаружены в моче более 82 % женщин. У этих женщин прослежена частота развития рака молочной железы [88]. Выявлен повышенный риск развития рака молочной железы, особенно в пременопаузе, связанный с воздействием диэтилфталата [88]. Авторы считают, что для подтверждения канцерогенного риска должны быть продолжены эпидемиологические исследования и наблюдения над лицами с повышенным уровнем метаболитов Ф в моче, особенно диэтилфталата.

При воздействии Ф на беременных женщин пороки развития органов репродуктивной системы у детей связывают со снижением синтеза тестостерона у плода во время половой диффе-ренцировки [9,34]. Установлено, что профессиональный контакт беременных женщин с Ф повышает риск развития эндокринных нарушений и частоту развития гипоспадии у их детей [9,35,71]. Доказана связь между повышенным содержанием в моче Ф у детей в возрасте от 6 месяцев до 8 лет и частотой преждевременного развития грудной железы (телархе) [9,36]. Наибольшие различия между исследуемой и контрольной группой были для ДЭГФ, где средняя концентрация составляла 450 и 70 нг/мл соответственно.

В ряде работ показано, что воздействие Ф на детей сопровождается не только различными эндокринными нарушениями, но и влияет на их физическое развитие. Выявлено, что Ф вызывает нарушение функции щитовидной железы, содержание инсулиноподобного фактора роста І, а также роста детей [59]. Авторы определяли у 845 детей 4-9 лет в моче концентрации 12 фталатных метаболитов, а в сыворотке — тиреотропного гормона, гормонов щитовидной железы и инсулиноподобного фактора роста І (IGF-I). Установлена корреляционная связь между концентрациями Ф с уровнями гормонов щитовидной железы, инсулинопо-добным фактором роста I, а также с ростом детей. Авторы пришли к выводу о негативном влиянии воздействия Ф на здоровье детей. Проведение опытов на клетках щитовидной железы в эксперименте показало, что н-бутил-бензилфталат проявляет свойства антагонистов Т3, нарушая клеточный метаморфоз [60]. Выявлена системная токсичность Ф с поражением эндокринной, иммунной и гепатобили-арной системы при длительном внутривенном воздействии Ф в эксперименте [61]. Системные нарушения с выраженным гепатотокси-ческим эффектом выявлены и при употреблении этилового спирта, загрязнённого Ф. Так, расследование этиологии эпидемии токсических гепатитов в Иркутской области показало, что острое отравление содержащими алкоголь жидкостями в 2004-2007 г. обусловлено появлением в этиловом спирте примеси фталатов и полигексаметиленгуанидинов [62,63]. Значительную роль в возникновении заболевания и его морфологической картине играло наличие предшествующей патологии печени. При анализе 360 случаев отравлений содержащими алкоголь жидкостями установлено, что отравление связано с метаболическими эффектами Ф и полигексаметиленгуанидинов, которые выявлены в повышенных концентрациях [63]. При этом основным клиническим проявлением было поражение печени с тяжёлым холеста-тическим синдромом и нефропатией с тубуло-интерстициальным компонентом.

Показано, что длительное воздействие Ф способствует развитию иммунопатологических сдвигов, учащает развитие некоторых аллергических заболеваний и аутоиммунной патологии [9,17,64,65]. Эксперементальные исследования показали, что длительное воздействие Ф повышает частоту развития красной волчанки у мышей [64]. Изучены токсико-ал-лергические эффекты диизонилфталата при атопическом дерматите in vivo и влияние на иммунные реакции in vitro [65]. Опыты поставлены на мышах NC/Nga, у которых вызывали атопический дерматит внутрикожным введением культуры Dermatophaqoides pteronyssinus. Последующее введение пластификатора диизонилфталата в дозе 150 мг / кг в / б усиливало проявления дерматита. Эозино-фильная инфильтрация кожи, дегрануляция тучных клеток и экспрессия лимфопоэтина стромы тимуса при введении Ф возрастали. В опытах на изолированных дендритических клетках костного мозга и спленоцитах показано, что Ф усиливал пролиферацию Т1 клеток, вызываемую введением D. pteronyssinus, и повышал продукцию интерлейкина-4. Считают, что эффект Ф обусловлен активацией дендритичексих клеток, связанной с увеличением продукции лимфопоэтина.

R.Hauser [9], изучив источники непрофессионального воздействия Ф на человека (средства личной гигиены, красители, инсектициды, средства бытовой химии, пластические материалы, применяемые в быту и др.) и воздействие на производстве, пришёл к выводу, что свидетельством миграции ФП являются обнаруживаемые в моче их метаболиты, уровень которых существенно увеличивается после рабочей смены и рабочей недели при профессиональном воздействии. Сопоставление показателей здоровья с уровнями метаболитов ФП в моче выявило учащение общесоматической патологии у лиц с более высоким уровнем метаболитов, а также учащение эндокринной патологии, особенно патологии щитовидной железы. Предложен интегрированный подход к оценке токсичности фталатных пластификаторов на основе нарушений метаболизма, электронного трансфера активных форм кислорода и сигнальной клеточной системы [66].

Таким образом, токсикологические и эпидемиологические исследования, проведённые за последние 10-15 лет, достаточно убедительно свидетельствуют о том, что ФП (эфиры фталевой кислоты) и их метаболиты, в частности МВФ, МВ2Ф и МЭГФ, при длительном профессиональном и непрофессиональном воздействии вызывают токсические эффекты у экспериментальных животных и человека, поражая преимущественно репродуктивную и эндокринную системы, при этом их токсичность заметно зависит от их структуры. Репродуктивные нарушения у человека характеризуются укорочением сроков беременности, большей частотой преждевременных родов и пороков развития половой системы (гипоспа-дией, крипторхизмом, укорочением аногенитального расстояния у мальчиков и телархе у девочек, изменением количества и качества спермы у мужчин и нарушением менструального цикла у женщин). Имеются подтверждения более частого развития не только эндокринных и репродуктивных нарушений, но и роста аллергической, аутоиммунной и общесоматической патологии при длительном воздействии Ф. Выявлена связь между частотой развития респираторной патологии, в том числе и бронхиальной астмы, с повышенным содержанием Ф в воздухе и домашней пыли жилых помещений и с повышенным уровнем метаболитов Ф в моче больных. Динамическое исследование метаболитов Ф в моче работающих и населения предлагается исследовать в качестве биомаркера экспозиции Ф и в качестве биомониторинга за состоянием здоровья, особенно беременных женщин и детей. Особую настороженность вызывают исследования, свидетельствующие о более частом развитии рака молочной железы у женщин и рака яичек у мужчин при длительной экспозиции Ф, особенно у лиц с повышенным уровнем фталатных метаболитов в моче и при профессиональном воздействии Ф. Исследования последних лет показали, что Ф при длительном воздействии у экспериментальных животных и человека вызывают не только ранее описанные репродуктивные нарушения, но и вызывают различные гормональные нарушения в организме с нарушением функции различных гормональных рецепторов, что позволяет отнести их к эндокринным дизрапторам. Отмечающийся при этом рост респираторной, аллергической, аутоиммунной, гепатобиллиар-ной патологии, свидетельствует об их системной токсичности.

Выявленные токсические эффекты Ф при длительном воздействии у экспериментальных животных и у человека с преимущественным поражением репродуктивной и эндокринной системы обуславливают необходимость поиска альтернативных пластификаторов ПВХ, особенно для производства изделий для длительного медицинского назначения (трубок и катетеров для недоношенных детей, полимерных изделий для гемодиализа, гемофильтрации) и др.

С учётом необходимости в гармонизации Украинского санитарного законодательства с зарубежными требованиями и стандартами качества полимерных материалов и изделий из них "медицинского" и "пищевого назначения", считаем целесообразным ускорить пересмотр и коррекцию величин ПДУ миграции различных фталатных пластификаторов из полимерных материалов. Ещё 5 лет назад В.М. Левицкая и соавторы данной статьи писали [72], что гигиенические регламенты фталатных пластификаторов поливинилхлоридных материалов, особенно используемых в пищевой и медицинской промышленности, должны быть пересмотрены. А на основании предварительных расчётов величина предельно допустимых уровней миграции диоктилфталатов из поли-винилхлоридных материалов и изделий должна быть снижена с 0,1 до 0,01 мг / л. Расширенные за последние годы представления о токсичности Ф, в том числе и появление данных об их канцерогенной опасности, подтверждают необходимость пересмотра действующих гигиенических регламентов с одновременной разработкой более чувствительных методов определения уровней миграции фталатов из изделий, а главное — поиска альтернативных, менее токсичных пластификаторов поливинил-хлоридных материалов, особенно для изделий, используемых в пищевой и медицинской промышленности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Tickner J.A. Health risks posed by the use of di- 2- ethylhexyl phthalate (DEHP) in PVC medical devices / J.A. Tickner, T. Schettler, T. Guidotti / Am. J. Ind. Med. -2001. — 39 — P.100 — 111.

2. Woodward K.N. Phthalate Esters: Toxicity and Metabolism. / K.N. Woodward- 1988. — V1. CRC Press, Boca Raton, Florida.

3. World Health Organization, WHO, Diethylhexyl phthalate. Environmental Health Criteria 131. International Programme on Chemical Safety (IPCS) — World Health Organization, 1992, Geneva.

4. Bosnir J. Migration of phthalates from plastic containers to soft drinks and mineral waters / J. Bosnir, D. Puntaric, A. Yalic // Toxicol. Left. — 2002. -135. прил.1. — P. 110- 111.

5. Bosnir J. Migration of phthalates from plastic containers into soft drinks and mineral waters / J. Bosnir, D. Puntaric // Food Technol. And Biotechnol. — 2007, -145, N1, — P. 91- 95.

6. Xax Leonard. Polyethylene terephthalate may yield endocrine disruptors / L. Xax // Environ. Health. Perspect. — 2010. — 118. N4. — P. 445- 448.

7. Gonzalez- Castro M.I. Phthalates and bisphenols migration in food cans and plastic food containers / M.I. Gonzalez-Castro, M.F. Olca- Serrano // Bull. Environ Contam. and Toxicol.- 2011. 86. N6, P. 627- 631.

8. Johnson S. Phthalates in toys available in Indian market / S. Johnson, N. Saikia // Bul. Environ Contam. and Toxicol.-2011.- P. 86.

9. Hauser R. Phthalates and human health / R. Hauser // Occup. And Environ Med. — 2005.- 62 N11-S. 806- 818.

10. Occurrence of Phthalate metabolites in human urine from several Asian countries / Y. Guo, H. Alomirah, H.- S. Cho [et al] // Environ. Sci. and Technol.- 2011.-45 N7.- P. 3138- 3144.

11. Vermeulen R. Biological monitoring of carbon disulphide and phthalate exposure in the contemporary rubber industry / R. Vermeulen, A.G. Jonsson Bo // Int. Arch. Of Occup. and Environ Health.- 2005. -78 N8. — P. 663- 669.

12. Itoh H., Yoshida K. Quantitative identification of unknown exposure pathways of phthalates based on measuring their metabolites in human urine / H. Itoh, K. Yoshida // Environ Sci. and Technol.- 2007.- 41, N123. — P. 4542- 4547.

13. Fatoki O.S. Solid phase extraction method for selective determination of phthalate esters in the aquatic environment / O.S. Fatoki, A. Noma // Water. Air and Soil Pollut. — 2002.-140, N4, P. 85- 98.

14. Ritter L. Can exposure characterization explain concurrence or discordance between toxicology and epidemiology? / L. Ritter, T.E. Arbuckle // Toxicol. Sci. — 2007. — 97, N2. — P. 241252.

15. Koo J.- W. The association between biomarker- based exposure estimates for phthalates and demographic factors in a human reference population / J.- W. Koo, F. Parham, M.C. Kohn // Environ. Health Perspect. — 2002. — 110, N4. -P. 405- 410.

16. Medical Devices Containing DEHP Plasticized PVC: Neonates and Other Groups Possibly at Risk from DEHP Toxicity. / European commission "Health and consumer protection directorate- general", 2002, Doc. Sanco / SCMPMD / 2002 / 0010.

17. Halden Rolf U. Plastics and health risks / R.U. Halden //Annual Review of Public Health. — 2010, vol.31. — P. 179- 194.

18. Jaeger R.J. Contamination of blood stored in plastic packs / R.J. Jaeger, R.J. Rubin // The Lancet. — 1970. — 2. — P.151.

19. Jaeger R.J. Migration of a phthalate ester plasticizer from polyvinyl chloride blood bags into stored human blood and its localization in human tissues / R.J. Jaeger, R.J. Rubin // New England J. Med. — 1972. — 287. — P. 1114- 1118.

20. Jaeger R.J. Extraction, localization and metabolism of di- 2-ethylhexyl phthalate from PVC plastic medical devices, DHEW Publication IVIH 73- 318 / R.J. Jaeger, R.J. Rubin // Environ. Health. — 1973. — Perspect., 3. — P. 95- 102.

21. Karle V.A. Extracorporeal membrane oxygenation exposes infants to the plasticizer, di(2- ethylhexyl) phthalate / V.A Karle, B.L. Short // Critical Care Medicine. -1997. -25. — P. 696- 703.

22. Jacobsen M.S. Effects of a plasticiser leached from polyvinylchloride on the subhuman primate; a consequence of chronic transfusion therapy / M.S. Jacobsen, S.V. Kevy, R.J. Grand // J. Lab. Clin. Med. — 1977. — 89, P. 1066- 1079.

23. KEMI Risk assessment of bis(2- ethylhexyl) phthalate / CAS No 117- 81- 7, EINECS No 204- 211, December 2000.

24. Kevy S.V. Hepatic effects of a phthalate ester plasticizer Leached from poly(vinyl chloride) blood bags following transfusion / S.V. Kevy, M.S. Jacobsen // Environ. Health Perspect.— 1982. — 45. — P. 57- 64.

25. Kitchen W.H. Longitudinal study of very low birth weight infants: impairments, health and growth distance to 14 years of age / W.H. Kitchen, M.M. Ryan // Australian Pediatric Journal. — 1987. — 23:P. 333 — 338

26. Guo Y. Comparative assessment of human exposure to phthalate esters from house dust in China and the United States / Y. Guo, K. Kannan // Environ. Sci. and Technol. — 2011. -45, N8. — P. 3788- 3794.

27. Xu Y. Predicting residential exposure to phthalate plasticizer emitted from vinyl flooring: Sensitivity, uncertainty and implications for biomonitoring / Y. Xu, E. Hubal // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N2. — P. 253- 258.

28. Mylchreest E., Male reproductive tract malformations in rats following gestational and lactational exposure to di(n- butyl) phthalate: an antiandrogenic mechanism? / E. Mylchreest, R.C. Cattley // Toxicol. Sci. — 1998. — 43:P.47- 60.

29. Mylchreest E. Disruption of androgen- regulated male reproductive development by di(n- butyl) phthalate during late gestation in rats is different from Flutamide / E. Mylchreest, M. Sar, R.C. Cattley // Toxicol. App. Pharmacol. — 1999. — 156:81- 95.

30. Mylchreest E. Dose- dependent alterations in androgen- regulated male reproductive development in rats exposed to di(n-butyl) phthalate during late gestation / E. Mylchreest, D.G. Wallace // Toxicol. Sci. — 2000. — 55- P.143- 151.

31. Ema M. Effects on development of the reproductive system in male offspring of rats given butyl benzyl phthalate during late pregnancy / M. Ema, E. Miyawaki // Reprod Toxicol. — 2002. -16. P.71- 76.

32. Dostal L.A., Testicular toxicity and reduced Sertoli- cell numbers in neonatal rats by di(2- ethylhexyl) phthalate and the recovery of fertility as adults / L.A. Dostal, R.E. Chapin // Toxicol. App. Pharmacol. — 1988. — 95. P.104- 121.

33. Effects of dibutyl phthalate in male rabbits following in utero, or postpubertal exposure / T.T. Higuchi, J.S. Palmer, L.E. Gray [et al.] // Toxicol. Sci. — 2003. — 72. P.301- 313.

34. The plasticizer diethylhexyl phthalate induces malformations by decreasing fetal testosterone synthesis during sexual differentiation in the male rat / L.G. Parks, J.S. Ostby, C.R. Lambright [et al.] // Toxicol. Sci. — 2000. — 58. P.339-349.

35. Van Tongeren M. Job- exposure matrix for potential endocrine- disrupting chemicals developed for a study into the association between maternal occupational exposure and hypospadias / M. Van Tongeren, M.J. Nieuwenhuijsen // Ann Occup. Hyg. -2002. — 46. P. 465-477

36. Colon I. Identification of phthalate esters in the serum of young Puerto Rican girls with premature breast development / I. Colon, D. Caro // Environ. Health. Perspect. -2000. — 108. P. 895- 900.

37. Duty S.M. Phthalate exposure and human semen parameters / S.M. Duty, M.J. Silva // Epidemiology. — 2003. — 14 . P.269-277.

38. Rozati R. Environmental estrogens in the deterioration of male factor fertility / R. Rozati, P.P. Reddy // Fertility & Sterility. — 2002. — 78. P.1187-1194.

39. Time to pregnancy among partners of men exposed to di(2-ethylhexyl) phthalate / C.M. Modigh, S.L.V. Bodin, L. Lillienberg [et al.] // Scand J Work Environ Health. — 2002. — 28. P, 428-428.

40. Dalsenter P.R. Phthalate affect the reproductive function and sexual behavior of male Wistar rats / P.R. Dalsenter, G.M. Santana // Hum. And Exp. Toxicol. — 2006. — 25, N6. — P. 297- 303.

41. Clewell R. Assessing the relevance of in vitro measures of phthalate inhibition of steroidogenesis for in vivo response / R. Clewell, J.L. Campbell // Toxicol. in Vitro. — 2010. — 24, N1. — P. 327- 334.

42. Christiansen S. Synergistic disruption of external male sex organ development by a mixture of four antiandrogens / S. Christiansen, M. Schulze // Environ. Health Perspect. — 2009. — 117, N12. — S. 1839- 1846.

43. Hauser R. Medications as a source of human exposure to phthalates / R. Hauser, S. Duty // Environ. Health Perspect. — 2004. — 112, N6. — P. 751- 753.

44. Adeniyi A.A. Flame ionization gas chromatographic determination of phthalate esters in water, surface sediments and fish species / A.A. Adeniyi, O.O. Okedeyi // Environ. Monit. And Assess. — 2011. — 172, N1- 4. — P. 561- 569.

45. Janner G. Use of the rat postimplantation embryo culture to assess the embryotoxic potency within a chemical category and to identify toxic metabolites / G. Janner, A. Verhoef // Toxicol. in Vitro. — 2008. — 22, N7. — P. 1797- 1805.

46. Acey R.A. A Butyrylcholinesterase in the early development of the brine shrimp larvae: A target for phthalate esters embry-otoxicity? / R.A. Acey, S. Baily // Biochem. And Biophys. Res Common. — 2002. — 299, N4. — P. 659- 662.

47. Adibi J. Characterization of phthalate exposure among pregnant women assessed by repeat air and urine samples / J. Adibi, R.M. Whyatt, P.L. Willimas // Environ. Health Perspect. — 2008. — 116, N4. — P. 467- 473.

48. Irvin E.A. An estimate of phthalate exposure among pregnant women living in Trujillo, Peru / G.A. Irvin, A.M. Calafat // Chemosphere. — 2010. — 80, N11. — P. 1301- 1307.

49. Hines E. Concentrations of phthalate metabolites in milk, urine, saliva, and serum of lactating North Carolina women / E. Hines, A.M. Calafat // Environ. Health Perspect. — 2009. — 117, N1. — P. 86- 92.

50. Adibi J. Prenatal exposure to phthalates among women in New York city and Krakow / J. Adibi, F.P. Petera // Environ. Health Perspect. — 2003. — 111, N14. — P. 1719- 1722.

51. Lin S. Phthalate exposure in pregnant women and their children in central Taiwan / S. Lin, H.-Y. Ku // Chemosphere. — 2011. — 82, N7. — P. 947- 955.

52. Ormond G. Endocrine disruptors in the workplace, hairs spray, folate supplementation, and risk of hypospadias / G. Ormond, M.J. Nieuwenhuijsen // Environ. Health Perspect. — 2009. — 117, N2. — P. 303- 307.

53. Wolff M.S. Pilot study of urinary biomarkers of phytoestrogens and phthalates in girls / M.S. Wolff, S.L. Teitelbaum // Environ. Health Perspect. — 2007. — 115, N1. — P. 116- 121.

54. Mnif W. Estrogens and antiestrogens activate hPXR / W. Mnif, J.-M. Pascussi // Toxicol. Left. — 2007. — 170, N1. — P. 19- 29.

55. Lopez-Carrillo L. Exposure to phthalates and breast cancer risk in northern Mexico / L. Lopez-Carrillo, R.U. Hernandez-Ramirez // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N4. — P. 539- 544.

56. Ghisari M. Effects ofplasticizers and their mixtures on estrogen receptor and thyroid hormone functions / M. Ghisari , E.C. Bonefeld-Jorgensen // Toxicol. Left. — 2009. — 189, N1. — P. 67- 77.

57. Hardell L. Occupational exposure to polyvinyl chloride as a risk factor testicular cancer evaluated in a case- control study / L. Hardell, C.G. Olson // Int. J. Cancer. — 1999. — 82. P. 911- 912.

58. Hansen J. Risk for testicular cancer after occupational exposure to plastics / J. Hansen // Int. J. Cancer. — 1999. — 82. P.911- 912.

59. Boas M. Childhood exposure to phthalates: Associations with thyroid function, insulin- like growth factor I, and growth / M. Boas, H. Frederiksen // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N10. — P. 1458- 1464.

60. Sugiyama S. Detection of thyroid system- disrupting chemicals using in vitro and in vivo screening assays / S. Sugiyama, N. Shimada // Toxicol. Sci. — 2005. — 88, N2. — P. 367- 374.

61. Wirnitzer U. Systemic toxicity of di- 2- ethylhexyl terephthalate (DEHT) in rodents following four weeks intravenous exposure / U. Wirnitzer // Toxicol. Left. — 2011. — 205, N1. — P. 8- 14.

62. Провадо И.П. К вопросу об итогах эпидемии токсических гепатитов в Иркутской области / И.П. Провадо, Ю.В. Зоб-нин // Сиб. Мед. Ж. — 2009. — N1. — С. 78- 81.

63. Некоторые клинические и морфологические данные о массовом отравлении содержащими алкоголь жидкостями / Ю.В. Зобнин, Е.В. Бушкова, Е.В. Любимов [и др.] // Тезисы Российск. Научн. Конференции, Екатеринбург, 2526 сен. 2008г. "Проблемы стандартизации и внедрения современных диагностических и лечебных технологий", Екатеринбург. — 2008. — С. 90- 93.

64. Potera C. Phthalate linked to lupus in mice / C. Potera // Environ. Health Perspect. — 2005. — 113, N12. — P. 809- 810.

65. Koike E. Effects of diisononyl phthalate on atopic dermatitis in vivo and immunologic responses in vitro / E. Koike, R. Yangisawa // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N4. —P. 472- 478.

66. Kovacic Peter Integrated approach to toxicity based on metabolism, electron transfer, reactive oxygen species and cell signaling / Peter Kovacic // Environ. Health Perspect. — 2010. — 74,N4. — P. 626- 628.

67. Duty S.M. Phthalate exposure and reproductive hormones in adult men / S.M. Duty, A.M. Calafat // Human Reprod. — 2005. — 20. P.604-610.

68. Duty S.M. The relationship between environmental exposure to phthalates and computer- aided sperm analysis motion parameters / S.M. Duty, A.M. Calafat // J. Androl. — 2004. — 25. p.293-302.

69. Boekelheide K. Dose- dependent effects on cell proliferation, seminiferous tubules, and male germ cells in the fetal rat testis following exposure to Di(n- butyl) phthalate / K. Boekelheide, E. Kleymenova, K.Liu // Microsc. Res. And Techn. — 2009. — 72, N8. — P. 629- 638.

70. Guo Y. Phthalate metabolites in urine from China, and implications for human exposures / Y. Guo, Q. Wu // Environ. Int. — 2011. — 37, N5. — P. 893- 898.

71. Nassar N. Parental occupational exposure to potential endocrine disrupting chemicals and risk of hypospadias in infants / N. Nassar, P. Abeywardana // Occup. and Environ. Med. — 2010. — 67, N9. — P. 585- 589.

72. Левицька В.М. Корекція гігієнічного регламенту фталат-них пластифікаторів полівінілхлоридних матеріалів, що застосовуються у харчовій промисловості / В.М. Левиць-ка, Т.Ф. Харченко, С.С. Ісаєва, О.А.Харченко // Проблеми харчування. — 2007. — 2(5). — С.54- 55.

73. Шефтель В.О. "Санитарная токсикология фталатов, загрязнителей воды" / В.О. Шефтель, Т.М. Зинченко, С.Е. Катаева // Гиг. и сан. 1981, №8, C.64- 66)

74. Болтина Л.М. Дибутилфталат /Л.М. Болтина // Химич-кская Энциклопедия. М.: "Большая Российская энциклопедия". 1990. Т. 2. С. 214- 293

75. Зайцев Н.А. Гигиеническое регламентирование в водной среде доэтилфталата, ди-н- гексилфталата и диалкилф-талата / Н.А. Зайцев, А.А. Королев, Ю.Б. Баранов, А.И. Донченко // Гигиена и санитария. — 1990. — №9. — С 26 — 28.

76. Масленко А.А. Гигиеническая характеристика дибутилфталата и диоктилфталата как загрязнителя водоемов./ А.А. Масленко // Гигиена и санитария. — 1968. — №6. — С.102- 103.

77. Зинченко Т.М. "О гонадотоксическом действии дибутил-и диоктилфталатов / Т.М. Зинченко// Сб. Гигиена применения, токсикология пестицидов и полимерных материалов, вып. 15, к., 1985, С.121- 123

78. Антонюк О.К. Токсикология сложных эфиров фталевой кислоты (Обзор литературы). /О.К. Антонюк // Гигиена труда. 1975, №1, С. 32- 35

79. Шефтель В.О. Гигиена и токсикология пластмасс, применяемых в водоснабжении / В.О. Шефтель // К., "Здоров'я, 1981.

80. Шефтель В.О. Подходы к гигиенической регламентации применения полимерных материалов. / В.О. Шефтель// Гигиена и санитария. — 1982, № 11. — С 21- 23.

81. Станкевич В.В. Современное состояние исследований по регламентации мономера винилхлорида и других добавок в упаковочных поливинилхлоридных материалах. / В.В. Станкевич, О.К. Зарембо, В.С. Гуменный, В.Н. Левицкая // Серия. Гигиена. Обзорная информация, Выпуск 2, ВНИИМИ, 1984.

82. Шефтель В.О. Токсикология полимерных материалов / В.О. Шефтель, Н.Е. Дишиневич, Р.Е. Сова // К., Здоров'я, 1988, С.153- 157).

83. Jun-hong Sun. Huanjing yu jiankang zazhi /Sun Jun- hong, Zhang Ke-rong, Wu De-sheng // = J. Environ. And Healt. — 2004. — 21, N 4. — P. 213- 214.

84. Hauser R., Фталаты и здоровье человека. Phthalates and human healt / R. Hauser, А.М. Calafat // Occup. And Environ. Med. — 2005. — 62, N 11. — P. 806- 818.

85. Рязанова Р.А. Гигиеническое значение отдаленных последствий действия химических соединений при регламентировании (обзор) / Р.А. Рязанова // Гигиена и санитария. — 1990, № 11. — С. 72- 73 (лимитирующий критерий вредности — отдаленные последствия)

86. Рязанова Р.А. Гигиеническое значение отдаленных последствий действия химических соединений при регламентировании./ Р.А. Рязанова// Гигиена и санитария. — 1987, — № 7. — С. 7- 9

87. Тарадай Е.П. Санитарно-гигиеническая оценка резин медицинского назначения / Е.П. Тарадай, Н.И. Шумская, B. Н. Проворов// Гигиена и санитария. — 1972, — № 4. —C. 99 — 100.

88. Lorez-Carrillo L. Exposure to phthalates and breast cancer risk in northerm Mexico/ L. Lorez-Carrillo // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, 4, Р. 539 — 544.

 

REFERENCES

1. Tickner J.A. Health risks posed by the use of di- 2- ethylhexyl phthalate (DEHP) in PVC medical devices / J.A. Tickner, T. Schettler, T. Guidotti / Am. J. Ind. Med. -2001. — 39 — P.100 — 111.

2. Woodward K.N. Phthalate Esters: Toxicity and Metabolism. / K.N. Woodward- 1988. — V1. CRC Press, Boca Raton, Florida.

3. World Health Organization, WHO, Diethylhexyl phthalate. Environmental Health Criteria 131. International Programme on Chemical Safety (IPCS) — World Health Organization, 1992, Geneva.

4. Bosnir J. Migration of phthalates from plastic containers to soft drinks and mineral waters / J. Bosnir, D. Puntaric, A. Yalic // Toxicol. Left. — 2002. -135. прил.1. — P. 110- 111.

5. Bosnir J. Migration of phthalates from plastic containers into soft drinks and mineral waters / J. Bosnir, D. Puntaric // Food Technol. And Biotechnol. — 2007, -145, N1, — P. 91- 95.

6. Xax Leonard. Polyethylene terephthalate may yield endocrine disruptors / L. Xax // Environ. Health. Perspect. — 2010. — 118. N4. — P. 445- 448.

7. Gonzalez- Castro M.I. Phthalates and bisphenols migration in food cans and plastic food containers / M.I. Gonzalez-Castro, M.F. Olca- Serrano // Bull. Environ Contam. and Toxicol.- 2011. 86. N6, P. 627- 631.

8. Johnson S. Phthalates in toys available in Indian market / S. Johnson, N. Saikia // Bul. Environ Contam. and Toxicol.-2011.- P. 86.

9. Hauser R. Phthalates and human health / R. Hauser // Occup. And Environ Med. — 2005.- 62 N11-S. 806- 818.

10. Occurrence of Phthalate metabolites in human urine from several Asian countries / Y. Guo, H. Alomirah, H.- S. Cho [et al] // Environ. Sci. and Technol.- 2011.-45 N7.- P. 3138- 3144.

11. Vermeulen R. Biological monitoring of carbon disulphide and phthalate exposure in the contemporary rubber industry / R. Vermeulen, A.G. Jonsson Bo // Int. Arch. Of Occup. and Environ Health.- 2005. -78 N8. — P. 663- 669.

12. Itoh H., Yoshida K. Quantitative identification of unknown exposure pathways of phthalates based on measuring their metabolites in human urine / H. Itoh, K. Yoshida // Environ Sci. and Technol.- 2007.- 41, N123. — P. 4542- 4547.

13. Fatoki O.S. Solid phase extraction method for selective determination of phthalate esters in the aquatic environment / O.S. Fatoki, A. Noma // Water. Air and Soil Pollut. — 2002.-140, N4, P. 85- 98.

14. Ritter L. Can exposure characterization explain concurrence or discordance between toxicology and epidemiology? / L. Ritter, T.E. Arbuckle // Toxicol. Sci. — 2007. — 97, N2. — P. 241252.

15. Koo J.- W. The association between biomarker- based exposure estimates for phthalates and demographic factors in a human reference population / J.- W. Koo, F. Parham, M.C. Kohn // Environ. Health Perspect. — 2002. — 110, N4. -P. 405- 410.

16. Medical Devices Containing DEHP Plasticized PVC: Neonates and Other Groups Possibly at Risk from DEHP Toxicity. / European commission "Health and consumer protection directorate- general", 2002, Doc. Sanco / SCMPMD / 2002 / 0010.

17. Halden Rolf U. Plastics and health risks / R.U. Halden //Annual Review of Public Health. — 2010, vol.31. — P. 179- 194.

18. Jaeger R.J. Contamination of blood stored in plastic packs / R.J. Jaeger, R.J. Rubin // The Lancet. — 1970. — 2. — P.151.

19. Jaeger R.J. Migration of a phthalate ester plasticizer from polyvinyl chloride blood bags into stored human blood and its localization in human tissues / R.J. Jaeger, R.J. Rubin // New England J. Med. — 1972. — 287. — P. 1114- 1118.

20. Jaeger R.J. Extraction, localization and metabolism of di- 2-ethylhexyl phthalate from PVC plastic medical devices, DHEW Publication IVIH 73- 318 / R.J. Jaeger, R.J. Rubin // Environ. Health. — 1973. — Perspect., 3. — P. 95- 102.

21. Karle V.A. Extracorporeal membrane oxygenation exposes infants to the plasticizer, di(2- ethylhexyl) phthalate / V.A Karle, B.L. Short // Critical Care Medicine. -1997. -25. — P. 696- 703.

22. Jacobsen M.S. Effects of a plasticiser leached from polyvinylchloride on the subhuman primate; a consequence of chronic transfusion therapy / M.S. Jacobsen, S.V. Kevy, R.J. Grand // J. Lab. Clin. Med. — 1977. — 89, P. 1066- 1079.

23. KEMI Risk assessment of bis(2- ethylhexyl) phthalate / CAS No 117- 81- 7, EINECS No 204- 211, December 2000.

24. Kevy S.V. Hepatic effects of a phthalate ester plasticizer Leached from poly(vinyl chloride) blood bags following transfusion / S.V. Kevy, M.S. Jacobsen // Environ. Health Perspect.— 1982. — 45. — P. 57- 64.

25. Kitchen W.H. Longitudinal study of very low birth weight infants: impairments, health and growth distance to 14 years of age / W.H. Kitchen, M.M. Ryan // Australian Pediatric Journal. — 1987. — 23:P. 333 — 338

26. Guo Y. Comparative assessment of human exposure to phthalate esters from house dust in China and the United States / Y. Guo, K. Kannan // Environ. Sci. and Technol. — 2011. -45, N8. — P. 3788- 3794.

27. Xu Y. Predicting residential exposure to phthalate plasticizer emitted from vinyl flooring: Sensitivity, uncertainty and implications for biomonitoring / Y. Xu, E. Hubal // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N2. — P. 253- 258.

28. Mylchreest E., Male reproductive tract malformations in rats following gestational and lactational exposure to di(n- butyl) phthalate: an antiandrogenic mechanism? / E. Mylchreest, R.C. Cattley // Toxicol. Sci. — 1998. — 43:P.47- 60.

29. Mylchreest E. Disruption of androgen- regulated male reproductive development by di(n- butyl) phthalate during late gestation in rats is different from Flutamide / E. Mylchreest, M. Sar, R.C. Cattley // Toxicol. App. Pharmacol. — 1999. — 156:81- 95.

30. Mylchreest E. Dose- dependent alterations in androgen- regulated male reproductive development in rats exposed to di(n-butyl) phthalate during late gestation / E. Mylchreest, D.G. Wallace // Toxicol. Sci. — 2000. — 55- P.143- 151.

31. Ema M. Effects on development of the reproductive system in male offspring of rats given butyl benzyl phthalate during late pregnancy / M. Ema, E. Miyawaki // Reprod Toxicol. — 2002. -16. P.71- 76.

32. Dostal L.A., Testicular toxicity and reduced Sertoli- cell numbers in neonatal rats by di(2- ethylhexyl) phthalate and the recovery of fertility as adults / L.A. Dostal, R.E. Chapin // Toxicol. App. Pharmacol. — 1988. — 95. P.104- 121.

33. Effects of dibutyl phthalate in male rabbits following in utero, or postpubertal exposure / T.T. Higuchi, J.S. Palmer, L.E. Gray [et al.] // Toxicol. Sci. — 2003. — 72. P.301- 313.

34. The plasticizer diethylhexyl phthalate induces malformations by decreasing fetal testosterone synthesis during sexual differentiation in the male rat / L.G. Parks, J.S. Ostby, C.R. Lambright [et al.] // Toxicol. Sci. — 2000. — 58. P.339-349.

35. Van Tongeren M. Job- exposure matrix for potential endocrine- disrupting chemicals developed for a study into the association between maternal occupational exposure and hypospadias / M. Van Tongeren, M.J. Nieuwenhuijsen // Ann Occup. Hyg. -2002. — 46. P. 465-477

36. Colon I. Identification of phthalate esters in the serum of young Puerto Rican girls with premature breast development / I. Colon, D. Caro // Environ. Health. Perspect. -2000. — 108. P. 895- 900.

37. Duty S.M. Phthalate exposure and human semen parameters / S.M. Duty, M.J. Silva // Epidemiology. — 2003. — 14 . P.269-277.

38. Rozati R. Environmental estrogens in the deterioration of male factor fertility / R. Rozati, P.P. Reddy // Fertility & Sterility. — 2002. — 78. P.1187-1194.

39. Time to pregnancy among partners of men exposed to di(2-ethylhexyl) phthalate / C.M. Modigh, S.L.V. Bodin, L. Lillienberg [et al.] // Scand J Work Environ Health. — 2002. — 28. P, 428-428.

40. Dalsenter P.R. Phthalate affect the reproductive function and sexual behavior of male Wistar rats / P.R. Dalsenter, G.M. Santana // Hum. And Exp. Toxicol. — 2006. — 25, N6. — P. 297- 303.

41. Clewell R. Assessing the relevance of in vitro measures of phthalate inhibition of steroidogenesis for in vivo response / R. Clewell, J.L. Campbell // Toxicol. in Vitro. — 2010. — 24, N1. — P. 327- 334.

42. Christiansen S. Synergistic disruption of external male sex organ development by a mixture of four antiandrogens / S. Christiansen, M. Schulze // Environ. Health Perspect. — 2009. — 117, N12. — S. 1839- 1846.

43. Hauser R. Medications as a source of human exposure to phthalates / R. Hauser, S. Duty // Environ. Health Perspect. — 2004. — 112, N6. — P. 751- 753.

44. Adeniyi A.A. Flame ionization gas chromatographic determination of phthalate esters in water, surface sediments and fish species / A.A. Adeniyi, O.O. Okedeyi // Environ. Monit. And Assess. — 2011. — 172, N1- 4. — P. 561- 569.

45. Janner G. Use of the rat postimplantation embryo culture to assess the embryotoxic potency within a chemical category and to identify toxic metabolites / G. Janner, A. Verhoef // Toxicol. in Vitro. — 2008. — 22, N7. — P. 1797- 1805.

46. Acey R.A. A Butyrylcholinesterase in the early development of the brine shrimp larvae: A target for phthalate esters embryotoxicity? / R.A. Acey, S. Baily // Biochem. And Biophys. Res Common. — 2002. — 299, N4. — P. 659- 662.

47. Adibi J. Characterization of phthalate exposure among pregnant women assessed by repeat air and urine samples / J. Adibi, R.M. Whyatt, P.L. Willimas // Environ. Health Perspect. — 2008. — 116, N4. — P. 467- 473.

48. Irvin E.A. An estimate of phthalate exposure among pregnant women living in Trujillo, Peru / G.A. Irvin, A.M. Calafat // Chemosphere. — 2010. — 80, N11. — P. 1301- 1307.

49. Hines E. Concentrations of phthalate metabolites in milk, urine, saliva, and serum of lactating North Carolina women / E. Hines, A.M. Calafat // Environ. Health Perspect. — 2009. — 117, N1. — P. 86- 92.

50. Adibi J. Prenatal exposure to phthalates among women in New York city and Krakow / J. Adibi, F.P. Petera // Environ. Health Perspect. — 2003. — 111, N14. — P. 1719- 1722.

51. Lin S. Phthalate exposure in pregnant women and their children in central Taiwan / S. Lin, H.-Y. Ku // Chemosphere. — 2011. — 82, N7. — P. 947- 955.

52. Ormond G. Endocrine disruptors in the workplace, hairs spray, folate supplementation, and risk of hypospadias / G. Ormond, M.J. Nieuwenhuijsen // Environ. Health Perspect. — 2009. — 117, N2. — P. 303- 307.

53. Wolff M.S. Pilot study of urinary biomarkers of phytoestrogens and phthalates in girls / M.S. Wolff, S.L. Teitelbaum // Environ. Health Perspect. — 2007. — 115, N1. — P. 116- 121.

54. Mnif W. Estrogens and antiestrogens activate hPXR / W. Mnif, J.-M. Pascussi // Toxicol. Left. — 2007. — 170, N1. — P. 19- 29.

55. Lopez-Carrillo L. Exposure to phthalates and breast cancer risk in northern Mexico / L. Lopez-Carrillo, R.U. Hernandez-Ramirez // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N4. — P. 539- 544.

56. Ghisari M. Effects ofplasticizers and their mixtures on estrogen receptor and thyroid hormone functions / M. Ghisari , E.C. Bonefeld-Jorgensen // Toxicol. Left. — 2009. — 189, N1. — P. 67- 77.

57. Hardell L. Occupational exposure to polyvinyl chloride as a risk factor testicular cancer evaluated in a case- control study / L. Hardell, C.G. Olson // Int. J. Cancer. — 1999. — 82. P. 911- 912.

58. Hansen J. Risk for testicular cancer after occupational exposure to plastics / J. Hansen // Int. J. Cancer. — 1999. — 82. P.911- 912.

59. Boas M. Childhood exposure to phthalates: Associations with thyroid function, insulin- like growth factor I, and growth / M. Boas, H. Frederiksen // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N10. — P. 1458- 1464.

60. Sugiyama S. Detection of thyroid system- disrupting chemicals using in vitro and in vivo screening assays / S. Sugiyama, N. Shimada // Toxicol. Sci. — 2005. — 88, N2. — P. 367- 374.

61. Wirnitzer U. Systemic toxicity of di- 2- ethylhexyl terephthalate (DEHT) in rodents following four weeks intravenous exposure / U. Wirnitzer // Toxicol. Left. — 2011. — 205, N1. — P. 8- 14.

62. Provado I.P. K voprosu ob itogakh epidemii toksicheskikh gepatitov v Irkutskoj oblasti / I.P. Provado, Yu.V. Zob-nin // Sib. Med. Zh. — 2009. — N1. — S. 78- 81.

63. Nekotorye klinicheskie i morfologicheskie dannye o massovom otravlenii soderzhaschimi alkogol' zhidkostyami / Yu.V. Zobnin, E.V. Bushkova, E.V. Lyubimov [i dr.] // Tezisy Rossijsk. Nauchn. Konferencii, Ekaterinburg, 2526 sen. 2008g. "Problemy standartizacii i vnedreniya sovremennykh diagnosticheskikh i lechebnykh tekhnologij", Ekaterinburg. — 2008. — S. 90- 93.

64. Potera C. Phthalate linked to lupus in mice / C. Potera // Environ. Health Perspect. — 2005. — 113, N12. — P. 809- 810.

65. Koike E. Effects of diisononyl phthalate on atopic dermatitis in vivo and immunologic responses in vitro / E. Koike, R. Yangisawa // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, N4. —P. 472- 478.

66. Kovacic Peter Integrated approach to toxicity based on metabolism, electron transfer, reactive oxygen species and cell signaling / Peter Kovacic // Environ. Health Perspect. — 2010. — 74,N4. — P. 626- 628.

67. Duty S.M. Phthalate exposure and reproductive hormones in adult men / S.M. Duty, A.M. Calafat // Human Reprod. — 2005. — 20. P.604-610.

68. Duty S.M. The relationship between environmental exposure to phthalates and computer- aided sperm analysis motion parameters / S.M. Duty, A.M. Calafat // J. Androl. — 2004. — 25. p.293-302.

69. Boekelheide K. Dose-dependent effects on cell proliferation, seminiferous tubules, and male germ cells in the fetal rat testis following exposure to Di(n- butyl) phthalate / K. Boekelheide, E. Kleymenova, K.Liu // Microsc. Res. And Techn. — 2009. — 72, N8. — P. 629- 638.

70. Guo Y. Phthalate metabolites in urine from China, and implications for human exposures / Y. Guo, Q. Wu // Environ. Int. — 2011. — 37, N5. — P. 893- 898.

71. Nassar N. Parental occupational exposure to potential endocrine disrupting chemicals and risk of hypospadias in infants / N. Nassar, P. Abeywardana // Occup. and Environ. Med. — 2010. — 67, N9. — P. 585- 589.

72. Levyc'ka V.M. Korekciya gigienichnogo reglamentu ftalat-nykh plastyfikatoriv polivinilkhlorydnykh materialiv, scho zastosovuyut'sya u kharchovij promyslovosti / V.M. Levyc'-ka, T.F. Kharchenko, S.S. Isaeva, O.A.Kharchenko // Problemy kharchuvannya. — 2007. — 2(5). — S.54- 55.

73. Sheftel' V.O. "Sanitarnaya toksikologiya ftalatov, zagryaznitelej vody" / V.O. Sheftel', T.M. Zinchenko, S.E. Kataeva // Gig. i san. 1981, №8, C.64- 66)

74. Boltina L.M. Dibutilftalat /L.M. Boltina // Khimich-kskaya Enciklopediya. M.: "Bol'shaya Rossijskaya enciklopediya". 1990. T. 2. S. 214- 293

75. Zajcev N.A. Gigienicheskoe reglamentirovanie v vodnoj srede doetilftalata, di-n- geksilftalata i dialkilf-talata / N.A. Zajcev, A.A. Korolev, Yu.B. Baranov, A.I. Donchenko // Gigiena i sanitariya. — 1990. — №9. — S 26 — 28.

76. Maslenko A.A. Gigienicheskaya kharakteristika dibutilf-talata i dioktilftalata kak zagryaznitelya vodoemov./ A.A. Maslenko // Gigiena i sanitariya. — 1968. — №6. — S.102- 103.

77. Zinchenko T.M. "O gonadotoksicheskom dejstvii dibutil-i dioktilftalatov / T.M. Zinchenko// Sb. Gigiena primeneniya, toksikologiya pesticidov i polimernykh materialov, vyp. 15, k., 1985, S.121- 123

78. Antonyuk O.K. Toksikologiya slozhnykh efirov ftalevoj kisloty (Obzor literatury). /O.K. Antonyuk // Gigiena truda. 1975, №1, S. 32- 35

79. Sheftel' V.O. Gigiena i toksikologiya plastmass, primenyaemykh v vodosnabzhenii / V.O. Sheftel' // K., "Zdorov'ya, 1981.

80. Sheftel' V.O. Podkhody k gigienicheskoj reglamentacii primeneniya polimernykh materialov. / V.O. Sheftel'// Gigiena i sanitariya. — 1982, № 11. — S 21- 23.

81. Stankevich V.V. Sovremennoe sostoyanie issledovanij po reglamentacii monomera vinilkhlorida i drugikh dobavok v upakovochnykh polivinilkhloridnykh materialakh. / V.V. Stankevich, O.K. Zarembo, V.S. Gumennyj, V.N. Levickaya // Seriya. Gigiena. Obzornaya informaciya, Vypusk 2, VNIIMI, 1984

82. Sheftel' V.O. Toksikologiya polimernykh materialov / V.O. Sheftel', N.E. Dishinevich, R.E. Sova // K., Zdorov'ya, 1988, S.153- 157).

83. Jun-hong Sun. Huanjing yu jiankang zazhi /Sun Jun- hong, Zhang Ke-rong, Wu De-sheng // = J. Environ. And Healt. — 2004. — 21, N 4. — P. 213- 214.

84. Hauser R., Ftalaty i zdorov'e cheloveka. Phthalates and human healt / R. Hauser, A.M. Calafat // Occup. And Environ. Med. — 2005. — 62, N 11. — P. 806- 818.

85. Ryazanova R.A. Gigienicheskoe znachenie otdalennykh posledstvij dejstviya khimicheskikh soedinenij pri reglamentirovanii (obzor) / R.A. Ryazanova // Gigiena i sanitariya. — 1990, № 11. — S. 72- 73 (limitiruyuschij kriterij vrednosti — otdalennye posledstviya)

86. Ryazanova R.A. Gigienicheskoe znachenie otdalennykh posledstvij dejstviya khimicheskikh soedinenij pri reglamentirovanii./ R.A. Ryazanova// Gigiena i sanitariya. — 1987, — № 7. — S. 7- 9

87. Taradaj E.P. Sanitarno-gigienicheskaya ocenka rezin medicinskogo naznacheniya / E.P. Taradaj, N.I. Shumskaya, B. N. Provorov// Gigiena i sanitariya. — 1972, — № 4. —C. 99 — 100.

88. Lorez-Carrillo L. Exposure to phthalates and breast cancer risk in northerm Mexico/ L. Lorez-Carrillo // Environ. Health Perspect. — 2010. — 118, 4, Р. 539 — 544.

 

Надійшла до редакції 10.01.2013 р.